Фэнтези блог

Весна. Как я люблю весну! Солнце освещает крыльцо школы. Мальчишки второклассники играют в войну. Они бегают друг за другом и громко кричат, изображая стрельбу. Малыш в зеленой курточке кричит: «Помогите, я ранен … » И вдруг время для меня начинает идти вспять. Я отчетливо вспоминаю рассказ, услышанный мной в прошлые выходные. Рассказ о моей школе, вернее о госпитале, который находился в ней во время войны.

Часть 1

Девятнадцатилетний юноша – Павел Иванов, мечтатель и романтик. Он привлекал к себе душевной чистотой и обаянием. Глаза у него были голубые и ясные, как у ребенка. Раньше он играл в футбол летом и в хоккей зимой. Имел много друзей. Любил мамины ватрушки с творогом и не любил драться с другими. Да, раньше он был таким, добрым хорошим, веселым мальчишкой. А сейчас? Нет, сейчас он был совсем другим. Теперь он с ненавистью убивал врагов, мог много суток не есть и не спать. Ходил в рваной, грязной, пропитанной кровью одежде и почти всегда молчал. Он был расчетлив и осмотрителен. Он был другим. Война меняет людей. И только глаза у него остались прежние голубые и ясные. Теперь он был в отряде партизан.
Он и другие партизаны шли сейчас к деревне. Они знали, что в деревне надежные люди. Знали, что немцев там давно не было. В деревне их встретила немолодая женщина.
- Устали небось? – спросила она, - отдохните, прилягте, потчевать особо нечем, но что-нибудь найду.
Женщина достала чугунок с картошкой и соленые огурцы. Для партизан, не евших уже несколько дней, это был настоящий пир. Но, тем не менее, они ели осторожно, не торопясь.
- И куда же вы потом, молодцы? – поинтересовалась кормилица.
- В путь, - неопределенно ответил лейтенант Кузов. Все понимали, что нельзя говорить этой милой и родной женщине о том, что идут они сейчас к железной дороге. Нельзя говорить, что заложат там взрывчатку, чтобы взорвать вражеский поезд. Это сейчас нет немцев в этой деревне, а если завтра придут? Не дай бог, вдруг слабая женщина им выдаст местонахождение маленького, но смелого отряда.
Вскоре отряд двинулся дальше в путь. Настроение у людей заметно поднялось. Они были сыты, отдохнули, да и цель их была уже совсем близко. Поэтому кто-то что-то рассказывал, кто-то вспоминал своих родных и мирную жизнь, и даже молчаливый Павел что-то вспоминал и рассказывал. Вскоре они достигли своей цели – железнодорожного полотна. Достали взрывчатку и аккуратно стали ее устанавливать. Делали это очень осторожно, ведь лишь одно неловкое движение могло привести к катастрофе для их отряда. Наконец все было установлено. Все довольно вздохнули и в ту же секунду услышали гудок приближающегося поезда.
- Эй! Слышали? Поезд уже рядом! Как это мы так долго провозились? – удивленно воскликнул невысокий солдат по фамилии Невеличко.
- Да, не рассчитали! Долго шли, - сказал лейтенант Кузов, - только сейчас рассуждать некогда, все в укрытие быстро!
Партизаны бросились к лесу, который сейчас служил единственным укрытием. Не успели люди отбежать далеко, как услышали грохот поезда совсем близко.
Павел обернулся и увидел поезд. Он отчетливо увидел несколько пассажирских вагонов.
- Ага, едете, гады, в комфорте, - злобно подумал он.
Раздался оглушительный взрыв, партизан обдало горячим воздухом и песком. Паровоз и несколько платформ слетели под откос. Уцелевшие гитлеровцы выбежали из поезда и начали беспорядочную стрельбу по лесу. Надо было уходить как можно быстрее. Все понимали это. Павел прижался к земле и осторожно, прячась за кусты и деревья, пополз вглубь леса. Где-то совсем близко зло кричали немцы. Они продолжали стрелять по лесу, возможно, заметили, что там кто-то есть.
Несколько пуль прошли рядом с ползущим Павлом. Ничего, осталось проползти еще совсем не много, - думал он. Но вдруг внезапная боль и темнота… Последней мыслью Павла была: нелепая смерть, еще и не повоевал совсем…

Часть 2
Интересно, жив или все-таки уже мертв? – такой была первая мысль молодого бойца Павла. Он с трудом открыл глаза и увидел перед собой ангела. Белого ангела. Ну все, значит точно мертв, решил боец и снова закрыл глаза.
Сколько прошло времени? – задал себе такой вопрос Павел, очнувшись снова. Хватит уже бока тут пролеживать, пора вставать, - решил он и снова открыл глаза. Перед ним вновь стоял ангел.
- Ангел, - тихонько позвал боец, он вдруг понял, что говорить ему ужасно трудно, а пошевелиться он вообще не может.
Ангел повернулся и сделал несколько шагов к Паше.
- Кто это тут ангел? Неужели я? – весело спросил он.
И только сейчас Павел понял, что никакой не ангел стоял перед ним, а обычная девушка в белом халате – медсестра. Она улыбалась, причем улыбалась как-то особенно, не только губами, но и глазами. Улыбалась как-то внутренне. От нее как будто исходили потоки радости.
- Где я? – тяжело вздохнув, спросил боец.
- Вы тут, в военном госпитале города Перми.
- Как? Почему?
- Потому что вы были тяжело ранены и ваши товарищи отправили вас к нам. Но, вы лучше молчите пока, я вам потом все понемногу расскажу, вам много говорить нельзя. Вы ведь еще не до конца поправились, - и девушка куда-то отошла от кровати, ее больше нельзя было увидеть.
Значит, не умер, только ранен, значит, поправлюсь и смогу вернуться, - думал Павел. Он стал прислушиваться к ощущениям в своем теле и понял, что у него болит нога и спина.
Что же со мной все-таки было? Как я оказался здесь? Девушка должна мне обязательно все рассказать. Он вновь закрыл глаза и заснул крепким сном.
На этот раз он проснулся не сам. Его разбудил какой-то шум. Что это за шум Паша не понял, но ему уже было не до шума. Ему хотелось поскорее узнать все-все. Как он сюда попал, когда сможет вернуться на войну, сколько времени он пролежал без сознания. Он сам чувствовал, что пролежал не день и не два, а несколько недель.
Наконец, после нескольких минут ожидания, боец услышал, как в палату кто-то вошел. Сначала услышал, а потом только увидел женщину в белом халате. Он хотел позвать ее, попросить рассказать обо всем, но неожиданно, для самого себя крикнул:
- Воды!
Женщина повернулась.
- Пришел в себя, наконец! Радость-то какая! Вот держи воды, держи! – она подбежала к нему с кружкой воды, потихоньку приподнял ему голову, и стала поить.
Вода была приятной на вкус и прохладной. Павел чувствовал, как вместе с водой к нему приходят новые силы. Он тихонько пошевелил рукой. Вроде не больно. Попытался приподнять ее, но видимо сделал слишком резкое движение – плечо пронзила острая боль.
- Больно тебе? - С сочувствием спросила медсестра, - ничего скоро пойдешь на поправку, уже через неделю будешь по всему госпиталю бегать!
Откуда то с боку донесся хриплый стон. Павел попытался повернуть голову и увидел на соседней кровати мужчину. Голова у него была перебинтована, а на ногу был наложен гипс.
- А! Иван Михайлович, проснулись, с добрым утром! – сказала женщина в белом халате.
- Здравствуй, Галя, - ответил ей мужчина. Он сказал это легко, без всякого усилия.
И Павел даже немного позавидовал ему, ведь бойцу, чтобы говорить требовалось затратить немало усилий.
- Ну, как здоровье, Иван Михайлович? – заботливо спросила Галя.
- Неплохо, можно сказать, почти отлично, - ответил мужчина, тихонько приподнялся на кровати, и оглядел комнату, - А! Молодой партизан очнулся! Хорошо! – Иван Михайлович внимательно посмотрел на Павла и добавил: Какие у тебя, браток, глаза! Голубые и ясные!
Больше он ничего не сказал, а Галина начала хлопотать вокруг него и что-то тихо рассказывать.
Павлу стало интересно, кто еще находится с ним в комнате, и он повернул голову налево. Он увидел еще несколько кроватей. Почти на всех лежали люди с забинтованными руками, ногами и головами. На соседней кровати лежал молодой солдат, наверное, он был одного возраста с Павлом, а может быть даже чуть младше.
В комнату вошли еще несколько женщин. Паша пытался узнать у них какое сейчас число и скоро ли он сможет вернуться на фронт, но они почему-то не отвечали, а вместо этого сделали ему какие-то уколы. Потом палата снова почти опустела в ней осталась только Галина, которая ходила между кроватей, и чем могла, облегчала страдания бойцов. Поправляла им одеяла и отвечала на вопросы. Когда она подошла к Паше, он сказал:
« А я вчера тоже просыпался, но почему-то быстро уснул вновь». Слова давались ему уже легче, и это очень обрадовало его.
- Я знаю, Наташа говорила, что ты очнулся, наконец.
- Наташа – это девушка – медсестра? – спросил он, вспоминая, как вчера принял девушку за ангела.
- Наташа не совсем медсестра, она работает на заводе, а после работы приходит сюда помогать.
Дверь палаты открылась, и кто-то позвал Галину. Она быстро выбежала из комнаты.
Время тянулось медленно. Павел разговорился со своим соседом Иваном Михайловичем. Оказалось, что тот получил ранение в одном из боев и был отправлен сюда, но скоро должен поправиться и обязательно снова отправится защищать родину. Но о войне сосед вспоминал как-то не охотно, больше он вспоминал свою мирную жизнь, жену и дочь. Вспоминал свою маленькую квартиру на окраине Ленинграда.
Прошло несколько часов, и в комнату вошли несколько девушек. Они несли тарелки и стаканы. В тарелках, судя по запаху, были щи. Ароматные и наваристые.
- О! Обед приехал! – радостно крикнул кто-то из больных.
К Павлу приблизилась девушка с тарелкой, он сразу узнал ее.
- Здравствуй, боец! – весело сказала она.
- Здравствуй, Наташа, - ответил он.
- А откуда ты заешь, что меня Наташа зовут? – улыбнулась девушка.
- Галина сказала, - Павлу захотелось улыбнуться в ответ. Девушка будто вся сияла и светилась от счастья, как будто не было войны, а все было спокойно.
- Ты, ешь, ешь. Суп сегодня хороший, вкусный! Сам то есть сможешь или тебе помочь?
- Смогу, конечно, - обижено буркнул Павел. Что я дитя малое, сам поесть не смогу, - думал он, зачерпывая суп ложкой.
- Да ты не обижайся, - усмехнулась Наталья. Ты ведь только-только поправляться начал, слабый еще.
Павел все равно обижено молчал.
- Вот человек чудак! – сказала девушка.
- Молодой он еще, мальчишка совсем вот и думает, что сам все может, что лучше всех, - сказал Иван Михайлович.
Павел сделал вид, что не слышит его и продолжал сосредоточено есть суп.
- Ну что? Съел? – спросила Наташа через несколько минут, - давай тогда свою тарелку.
Когда она ушла, Иван Михайлович сказал:
- Ты, брат, Наташку не обижай. Она ведь героиня настоящая. Сама на заводе по двенадцать часов без отдыха работает, а потом сюда бежит. Да всегда веселая, не унывает, хотя думаешь, легко ей?
Павел молчал, он понял, что был не прав. Надо будет перед ней извиниться, - решил он.
На следующий день он уже мог говорить, сколько хочет и не уставать. Мог шевелить ногами. Утром, когда в палате не было ни Галины, ни других медсестер он попытался сесть, но почувствовал острую боль в спине и решил, что преувеличил свои силы.
Ну, ничего, не сегодня так завтра обязательно сяду, а если сяду, то в скоре и пойду, - думал он. В этот день он познакомился еще с несколькими солдатами из своей палаты. Некоторые из них уже могли ходить, но ходили еще мало и неуверенно. Павел сегодня очень ждал Наташу, ждал и представлял, как попросит у нее прощения, за то, что грубо разговаривал с ней. В мыслях он уже много раз извинился, а она все не приходила. Наконец дверь открылась, и вошла она.
- Ну, как здоровье товарищи солдаты? – обратилась она ко всем.
- Хорошо!
- Поправляемся по не многу!
- А вам, Иван Михайлович письмо. От жены и дочки.
- Мне? Вот обрадовала, дочка! Давай письмо быстрее,- мужчина радостно выхватил из рук девушки бумажный треугольник и жадно начал читать.
Надо маме тоже письмо написать, - подумал Павел, - она ведь не знает где я и что со мной.
Наташа, отдав письмо, повернулась и посмотрела на Павла, так будто хотела ему что-то сказать, но промолчала.
- Наташа, - тихо сказал молодой боец, - простите меня. Я знаю, я вчера был с вами груб. Я не обидел вас?
- Меня? Меня вообще очень трудно обидеть, - улыбнулась девушка, - тем более вы только что очнулись и были еще не в себе.
- Наташа, простите, а где я могу взять листок бумаги и карандаш? Надо бы маме письмо написать.
- Маме? Конечно надо! Обязательно! Мама за вас волнуется, а вы ей не пишите! Я сейчас же пойду и найду вам бумагу и карандаш, - серьезно сказала Наташа.
Паша хотел поблагодарить ее, но вместо этого почему-то сказал:
- Знаете, а такой серьезный тон вам не идет.
- Неужели?
- Правда, - Павел испугался, он подумал, что снова обидел девушку.
Но она засмеялась и сказала:
- Хорошо, не буду говорить серьезно. И убежала за листочком бумаги для письма Паши.
А Паша остался лежать, он лежал и улыбался, улыбался. А чему я радуюсь, - думал он, - неужели я радуюсь смеху и улыбкам этой Наташи?
- Эх, Паша, Паша, - услышал он тихий вздох Ивана Михайловича.
- Вы меня зовете? – спросил молодой боец.
- Знаешь Паша, война и любовь две вещи не совместимые. Не время ты нашел влюбляться.
- А я ни в кого и не влюблен! С чего это вы взяли, - возмутился Павел.
- Да видел, как ты на нее смотрел.
- На кого?
- На Наташеньку.
Павел задумался. А вдруг действительно влюбился? Ну и время выбрал! Сейчас война, нельзя ни кого любить! Нельзя!
Когда девушка принесла письмо, он сухо поблагодарил ее и начал писать письмо.
Оно выходило нескладным, мысли прыгали и фразы обрывались. Мама наверно подумает, что я сошел с ума, - решил Павел, оглядев свое письмо. Но просить новый листок не стал. Завтра попрошу кого-нибудь отправить письмо, - решил он, - а сейчас уже поздно, уже пора спать.
Проснувшись утром, молодой боец понял, что очень боится сегодняшней встречи с Наташей. Может быть, она сегодня не придет? Решит сегодня отдохнуть после работы?
Но Наташа пришла.
- Как у вас здоровье? – спросила она у Павла.
- Спасибо, хорошо.
Наташа ослепительно улыбнулась, и Паше тоже хотелось улыбнуться в ответ.
Какая она красивая - думал он, - война. Все боятся, прячутся, плачут, а она улыбается. Наверно, это плохо, жестоко, неправильно. Хотя… нет, она улыбкой хочет нас – больных ободрить. Хочет, чтобы мы поправлялись скорее.

Часть 3
Павел не мог больше быть равнодушным с Наташей. Он находил в ней все новые черты характера, которыми он обладал сам. Теперь он с нетерпением ждал ее прихода. А слова Ивана Михайловича о том, что любовь и война несовместимы, он вспоминал редко, и сразу начинал оправдывать себя. Ведь ни я, ни Наташа не виноваты, любовь не зависит от войны.
Наташа все больше и больше времени проводила с Павлом. И он поправлялся все быстрее и быстрее. Очень скоро он уже смог вставать с кровати, начал понемногу ходить. Наташа шутила:
- Скоро Новый год. Будут танцы, а ты еще кое-как ходишь, давай тренируйся, только смотри, не переусердствуй! Осторожно, осторожно!
Как-то раз Наташа вошла в палату:
- Ну, все, Пашенька, теперь точно тебе танцевать придется! - шутливо сказала Ната.
- Это почему-же?
Наташа достала из кармана беленький треугольник.
- Письмо? – воскликнул Паша.
- Да, тебе, от мамы.
Павел выхватил письмо из рук Наташи и стал жадно читать. Он читал внимательно, и только после того как перечитал письмо несколько раз, оторвал от него взгляд и заметил, что девушка стоит в той же позе и внимательно смотрит на него.
- Извини, - тихонько шепнул он.
- За что ты извиняешься? Не извиняйся. Как там дома дела?
- Хорошо, мама пишет, что все в порядке, что они с сестренкой не голодают.
Наташа, как всегда, улыбнулась, а потом вдруг тихо и печально вздохнула.
- Что ты?
- А мне ни кто не пишет, ни братья, ни отец… Я не знаю, что с ними.
- Не беспокойся, с ними все хорошо.
- Как ты можешь говорить так уверенно? Ты же сейчас не с ними!
- Все с ними будет хорошо, ведь у них есть такая замечательная сестра и дочь, которая их ждет.
Наташа с благодарностью посмотрела на Павла:
- Спасибо тебе, знаю, что ты глупости говоришь, а все равно становится спокойней. Знаешь у меня какие братья? Умные, красивые, у старшего – Алексея недавно сын родился.
Наташа еще долго рассказывала о своих братьях, а Павел внимательно слушал ее и не перебивал. Он понимал, что ей не с кем было больше поговорить о них. Мать у Наташи умерла два года назад, единственными ее родственниками были братья отец и тетка. Но тетке самой было не до Наташи.
Наступил Новый год. Не смотря на войну настроение у всех было праздничное. Девушки решили устроить танцы. Паша осторожно шел по лестнице вниз. Он ходил еще плохо, но очень старался овладеть этим делом как можно скорее.
- Раньше в этом здании располагалась школа, а теперь военный госпиталь. Сейчас сложно представить, что когда-то здесь бегали дети, звенел звонок, и ходили учителя с длинными указками в руках, - рассказывала Наташа.
- Да, действительно сложно, - соглашался с ней Павел.
Наконец они добрались до зала. Там уже играла музыка, видимо кто-то принес из дома патефон и пластинки. Зал даже был немного украшен. На стенах висели новогодние украшения.
«Надо же», - думал Павел, - «у девушек и так свободного времени нет, а они, вместо того, чтобы отдохнуть, зал украшают.»
Многие раненые, те которые уже почти излечились, тоже пришли сюда и танцевали с девушками. Павел тоже пытался танцевать с Наташей, но ноги еще плохо слушались его.
- Не надо, Паша, не танцуй, ты устанешь. Пойдем лучше погуляем по коридорам.
Они долго ходили. Что-то друг другу рассказывали и долго смеялись. Наконец они остановились.
- Знаешь, а ведь я скоро отправляюсь обратно, воевать… - вздохнул Павел.
- Я знаю. Я буду ждать тебя.
- Нет, не надо…
- Почему же? Неужели ты не любишь меня, и после войны забудешь обо мне?
- Я не забуду… Я тебя люблю, Наташа, люблю…
- Тогда я буду тебя ждать.
- Не надо, возможно, что я не вернусь обратно живым.
- Ну что ты такое говоришь? Вернешься!
Оставалось совсем немного времени до отъезда Павла. Наташа старалась проводить с ним как можно больше времени. Они вместе гуляли по госпиталю и просто молча смотрели друг на друга. Им не надо было слов, они и так все прекрасно понимали.
Однажды, Павел как всегда лежал и ждал Наташу. А она все не шла и не шла. Что же могло с ней случиться? От чего она не идет? – он волновался, боялся, что она заболела. Наконец она пришла. В ее больших глазах стояли слезы.
- Что случилось? – встревожено спросил он.
- Папа, папочка мой… погиб…
- Наташа, - он не знал, как утешить ее, он только тихо назвал ее по имени и обнял.
- Паша, обещай мне, что ты вернешься ко мне. Вернешься с победой! – голос ее дрожал.
- Конечно, Ната, вернусь с победой…

Часть 4
Наташа теперь стала более задумчивой. Она могла долго сидеть на одном месте, не обращая ни на кого внимания и думать. Девушка думала о войне, о своем погибшем отце, о братьях, которые сейчас где-то сражаются и о них ничего не известно. Вернутся ли они? А если вернутся, то будут ли здоровы? Но больше всего она думала о Павле. Уже через несколько дней он должен был оставить ее и вновь отправиться на войну. Она боялась этого момента, боялась этого дня. А он все приближался и приближался и вот, наконец, наступил.
Наташа не могла сдержать слез, а Павел утешал ее как мог. Говорил, что обязательно вернется, уже скоро, очень скоро вернется.
И он вернулся. Вернулся почти здоровым. Но большинство - не вернулись. Не вернулся брат Наташи. Не вернулся сосед Павла по палате – Иван Михайлович. А эта история все-таки закончилась хорошо. Но ведь это только одна из множества военных историй. Возможно не самая интересная, возможно, не самая значимая. Ведь невозможно себе представить, сколько таких историй помнят стены нашей родной школы. Сколько смертей они видели, сколько радостей и горя повидали. Пройдитесь по коридорам нашей школы, кто знает, может быть, по ночам здесь все еще бродят призраки солдат?

2005 г.